Сегодня Страстная Пятница
распятия на кресте была самой позорной, самой мучительной и самой жестокой. Такой смертью казнили в те времена только самых отъявленных злодеев: разбойников, убийц, мятежников и преступных рабов.
Смерть была настолько медленная, что многие мучились на крестах по несколько дней. Даже исполнители казни - обыкновенно, люди жестокие, - не могли хладнокровно смотреть на страдания распятых. Они приготовляли питье, которым старались или утолить невыносимую жажду их, или же примесью разных веществ временно притупить сознание и облегчить муки.
По еврейскому закону, повешенный на древе считался проклятым. Начальники иудейские хотели навеки опозорить Иисуса Христа, присудивши Его к такой смерти.
Когда привели Иисуса Христа на Голгофу, то воины подали Ему пить кислого вина, смешанного с горькими веществами, чтобы облегчить страдания. Но Господь, попробовав, не захотел пить его. Он не хотел употреблять никакого средства для облегчения страданий. Эти страдания Он принял на Себя добровольно за грехи людей; потому и желал перенести их до конца.
Когда все было приготовлено, воины распяли Иисуса Христа. Это было около полудня, по-еврейски - в шестом часу дня. Когда же распинали Его, Он молился за Своих мучителей, говоря: "Отче! прости им, потому что они не знают, что делают".
При кресте Спасителя стояли Матерь Его, апостол Иоанн, Мария Магдалина и еще несколько женщин, почитавших Его. Невозможно описать скорбь Божией матери, видевшей нестерпимые мучения Сына Своего!
Иисус Христос, увидев Матерь Свою и Иоанна здесь стоящего, которого особенно любил, говорит Матери Своей: "Жено! вот, сын Твой". Потом говорит Иоанну: "Вот, Матерь твоя". С этого времени Иоанн взял Матерь Божию к себе в дом и заботился о Ней до конца Ее жизни.
Между тем, во время страданий Спасителя на Голгофе произошло великое знамение. С того часа, как Спаситель был распят, то есть с шестого часа (а по нашему счету, с двенадцатого часа дня), солнце померкло и наступила тьма по всей земле, и продолжалась до самой смерти Спасителя.
Этим называется подстреленная птица, крылья наизнанку, рана кровоточащая - высверлена насквозь пулемётной очередью.
Называется соседнее небо, над рядом идущей пепельной головой, с нимбом вокруг головы, светящиеся неоновые огни.
Этим открываются заржавевшие двери, холодные океаны, вселенские печали, канализационные люки.
Этим накрывают друг друга, старые потрёпанные фотографии, синие изолированные комнаты.
Мало кто называет любовью окружающее в себе.
Этим называется подстреленная птица, крылья наизнанку, рана кровоточащая - высверлена насквозь пулемётной очередью.
Называется соседнее небо, над рядом идущей пепельной головой, с нимбом вокруг головы, светящиеся неоновые огни.
Этим открываются заржавевшие двери, холодные океаны, вселенские печали, канализационные люки.
Этим накрывают друг друга, старые потрёпанные фотографии, синие изолированные комнаты.
Мало кто называет любовью окружающее в себе.
Мечемся в безвременьи, похожи на снежинки из замороженной воды
чешемся , сомнение, нет меня, нет тебя, ничего нет
вокруг колесо сансары наворачивает круг за кругом
в этом колесе и вне его мы всего лишь куклы так похожие друг на друга
но горящие по разному
отсутствие вектора притяжения, навесное небо на ниточках
разговоры на немых интонациях, безэмоциональное перевоплощение
в следующую форму измерения бытия, отсутствие тканей, вещественности
океан пустых взглядов в сравнении с безграничностью сознания
метафора, как целенаправленность движения, целенаправленность вектора
время. точка. круг.точка.
дальше следующий круг уходящий в точку одиночества - уединения
и снова по кругу спирально сгенерированная бесконечность Вселенной
неограниченность помыслов, связь с Богом и обратно
каждая молитва - услышит - поймет - простит - есть связь
любое мыслевоплощение неслучайно, если звезда над тобой, она наблюдает
мечемся в отсутствии времени, похожи на снежинки из замороженной воды
поток осознания совсем близко. остаётся посмотреть в глаза сознанию
отключение осязания, минус обоняние , минус зрение , минус существование
плюс электрическое свойство души, плюс осознанность, плюс вера
вода превращается в тебя, ты в воду, и любой океан или море теперь
с тобой здороваются за миллионы киллометров, взаимосвязь, цепочка сознания
единомоментно подключены к единственному источнику питания света
свет - посмотри внутрь себя - посмотри на себя со стороны - осознай безграничность
осознай единение, дерево говорит, птица говорит, звезда говорит, солнце говорит
только с тобой каждую секунду, преграда к пониманию - ты сам
человек лжет, ему нечего сказать. защита от себя самого, молчание перекрыто страхом, страхом.. когда человек ждет завтра его настоящее сейчас подчинено завтра, а завтра еще нет и, его не будет, потому что оно уже есть сейчас. Когда человек говорит, заговаривает бунт мыслей, чтобы они не раскроили череп, не раскроили череп. первое слово мама, а у кого-то, первое слово космос или брат, мама, первое слово человека, а если не человек, кто ты, если не человек. мазки картин. они так глубоко входят внутрь и живут, живут там долгими днями, пустыми днями, буквы буквы, буквы великих мастеров слова, передатчиков, они так долго живут в нас, рождаются снова, распускаются, бутонами неона. душа- человек видит деревья уже не деревьями, божьими искрами, цветниками и домами для разного вида духовных существ. вместо корней лежащие тела материи, и руки стволов тянутся к небу, за помощью. вся мощь человека, если он видит человека, огнями играющее нечто, улыбающееся нечто, мыльное как пузырь, глубокое как глубина, вся мощь человека заключается в его памяти, в памяти под многими одеялами, потому что холодно. холодно любому духу, спустившемуся сюда, вниз, никому не тепло. не тепло, пока человек - это тело. пока человек делает себя вещами. одевает больше.
не быть, словом личность. не накапливать больше вещей, это груз. не быть кем-то. быть кем-то, нужно для того, чтобы быть нужным, все любят тогда, когда человек кто-то, они вокруг него щупают слово. но, приходится довольствоваться той же мутной субстанцией, что и дух. только дух сложнее любить, он не может быть нужным, его нет. потому что он бог.
переработать сознание и быть достойным себя, не кого-то, чего-то далекого-себя. частицы великого, вмещающего звезды и бесконечное количество живых и неживых. не быть словом.
корабли уходят в небо
медленно на закате исчезают за горизонтом
правда не всегда правда
сладкая горькая на любой вкус
все истории начинаются началом
и заканчиваются концом
только к концу никогда не привыкаешь
живешь так что кажется
его нет
а потом
что потом знают многие
все истории одинаковы
когда вместо утра ночь
вместо света серость
вместо желания одна тоска
вместо рифмы проза
все слова начинаются на букву прощай
и по-другому не получается
кто-то задумается почему
кто махнет рукой
все эти за что и почему
мусор унесенный весенней рекой
шахматные партии на сердце размером восемь на восемь
иногда оно ещё бьется
посмотришь вблизи а в глазах осень
бывает размеренное сердцебиение
это тоже правильно
стабильно до старости
сохраняя чистоту чувств
даже не глядя на облысение
только пальцы холодные
сжимают несчастную мышцу
кажется уже не слышно
пульса нет
остановилось
но только на мгновение оно замирает
как-будто перед вдохом
а потом опять оживает
и тихо так
тук-тук тук-тук тук-тук
что снится по ночам холодное ноябрьское небо
никто не виноват
что вместо солнца сереющее нечто
никто не виноват
что заполночь пытаешься хоть каплю сна испить
никто не виноват
что тем кто ждёт не улыбнёшься никогда
для тех кому не нужен раскроешься до дна
никто не виноват
и в том что потерял
хотя казалось вечность подарили
никто не виноват
кричать ночами и эхо гулкое проглатывать
никто не виноват
что взгляд тускнеет и снаружи всё меньше есть вещей
которым рад
никто не виноват
и то что ищешь инаходиш яд,
никто не виноват
и что дороги двигаются не спиралью
а по кругу
никто не виноват
и что не помнишь надо ли проснуться
никто не виноват
так в чем же смысл
Лента событий
собрание дебилоидов....неспатЪ 
